Винодельня из фильма «Он вам не Димон» начинает поставки в Россию

Fattoria della Aiola, фото emergencyglazing.info

Винодельня Fattoria della Aiola, фигурировавшая в расследовании Алексея Навального об имуществе премьер-министра России Дмитрия Медведева, отправила в Россию первую пробную партию — 500 бутылок. Об этом газете «Ведомости» рассказала член совета директоров винодельни Наталия Мейлунас. Она уточнила, что импортером выступает российская компания Winestria, сообщает РБК.

В беседе с изданием замдиректора Winestria Татьяна Сидорова подтвердила информацию о начале поставок. Она уточнила, что на сайте компании уже представлено три вида вин винодельни Fattoria della Aiola, которые можно будет приобрести с понедельника в собственной винотеке дистрибьютора. Речь идёт о винах Bianco dell’Aiola по 1360 рублей, Logaiolo за 1800 рублей и Chianti Classico Aiola за 1720 рублей.

При этом, уточнила собеседница газеты, большинство бутылок уже зарезервировано за покупателями. В свободной продаже, по её словам, окажется не более 100 бутылок.

Последующие поставки будут ориентированы на рестораны, уточнила Сидорова. Мейлунас добавила, что винодельня заинтересована в поставках в отели, рестораны, кафе, винотеки, винные бутики. «Наша продукция — не для массовых торговых сетей», — сказала она.

О винодельне Fattoria della Aiola в Тоскане стало широко известно после расследования Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Алексея Навального. Авторы расследования обнаружили, что винодельню в 2012 году приобрел член совета директоров Газпромбанка, однокурсник Дмитрия Медведева Илья Елисеев. В апреле в интервью «Коммерсанту» Елисеев назвал винодельню Fattoria della Aiola «своей собственной сугубо частной инвестицией». Медведев называл расследование ФБК о его имуществе «мутью» и «компотом».

В том же интервью «Коммерсанту» Елисеев говорил, что «реклама» ФБК ему «на руку». «Продажи вин и крепких напитков ощутимо выросли <...> Я теперь всерьёз задумываюсь над экспортом нашего кьянти в Россию, а ведь всего пару лет назад и мечтать об этом не мог», — говорил тогда он.