«В Азове мы первый раз тушили пожар на нефтяных резервуарах»

Виктор Косов. Фото пресс–службы ГУ МЧС России по Ростовской области

Июньский пожар в Азове на предприятии «Азовпродукт», начавшийся после атаки беспилотников, потушили на четвёртые сутки, несмотря на довольно большую площадь, охваченную огнём. С какими трудностями столкнулись донские пожарные, рассказал в интервью donnews.ru начальник управления организации пожаротушения и проведения аварийно–спасательных работ ГУ МЧС России по Ростовской области полковник внутренней службы Виктор Косов.

— Виктор Георгиевич, почему для борьбы с горением нескольких нефтяных цистерн пожарным потребовалось больше трёх суток?

— Если не считать масштабных природных лесных пожаров, то пожар в Азове стал одним из самых длительных за последние годы. Связано это с тем, что мы тушили резервуары с горюче–смазочными материалами. Горят они интенсивно, а тушить их очень сложно из–за их физико–химических свойств. К тому же нашу работу осложняли порывистый ветер и жаркая погода. На каждом пожарном во время тушения огня надето около 30 килограммов экипировки, и кроме летнего солнца на них обрушивается мощный тепловой поток от горящего резервуара — это тяжёлая работа. Но мы приложили все усилия и всё–таки победили «геенну огненную».

— Вы и ваши коллеги были готовы к борьбе с таким пожаром? Достаточно ли в регионе специальных средств для тушения горящих ГСМ?

— Для меня и для всех, кто принимал участие в тушении, это был первый пожар на нефтяном резервуаре. Одно дело, когда по книжке знаешь, как его тушить, другое — когда сталкиваешься с таким пожаром в реальности.

Для Ростовской области рисков возникновения пожаров на объектах нефтехимии куда меньше, чем в Сибири, Тюменской области, для нас это нехарактерно. Но мы получили большой опыт по тушению резервуаров, стали понятны особенности боевых действий, которые можно применить на практике, ясно, что в следующий раз может принести результат. Нефтехимию водой не потушишь, потому что это горючие жидкости, нерастворимые в воде. При подаче воды на любой горящий нефтепродукт лишь происходит увеличение площади горения.

Я прекрасно понимаю, что это был первый горящий резервуар, но он не последний. У нас достаточное количество необходимых реагентов, личный состав обучен всем навыкам работы с пеногенераторами. Донская пожарная охрана и спасатели готовы к выполнению любых поставленных задач, и с любой из них мы справимся. Это я могу говорить, основываясь на своём опыте.

— Сообщалось, что во время тушения первого резервуара нужно было сливать нефть с соседних.

— Из-за особенностей объекта данные мероприятия было невозможно осуществить.

— Вертолёты облетали место пожара, но их не использовали в борьбе с огнём. Почему?

— Вертолёты при тушении такого пожара неприменимы. Идёт работа пенными стволами, пеногенераторами, пеноподъёмниками. К тому же у первого горящего резервуара крышка была целая. Нефть выливалась через пробоину сбоку. Если с вертолёта сбрасывать на него воду или раствор, то это как бросок камня в воду — идут брызги, которые приводят к увеличению площади горения.

— Зачем привлекали пожарные поезда?

— Был слишком большой расход воды и пенообразователя, а пожарным поездом можно подвезти большой запас. Помимо запасов воды пожарных поездов мы использовали реку, благодаря которой развернули своё оборудование, поставили насосные станции, поэтому в совокупности у нас проблем с бесперебойной подачей воды не было.

— Среди пожарных обошлось без пострадавших?

— Натёртые ноги — это не считается. Кому–то становилось плохо, тепловые удары были, но это издержки нашей профессии. Во время таких крупных пожаров кто–то обязательно получает тепловой удар. Но человек отсиделся в тени, ему оказали помощь, он опять в бой идёт. На пожаре лишних рук не бывает.

— Во время тушения азовского пожара было много сообщений о том, что волонтёры привозили пожарным воду, продукты, медикаменты. Этого не хватало?

— Нет. Недостатка не было. Большое спасибо администрации города, коллегам из департамента по ГО и ЧС. Возгорание произошло ночью, уже утром у пожарных был завтрак, а потом обед и ужин. Пожар оказался зоной ЧС муниципального уровня, и по федеральному законодательству обеспечением пожарных пищей занимается местная администрация. Никаких проблем с обеспечением всем необходимым не было.

Знаю, в волонтёрских группах писали, что пожарным не хватает бинтов, чего–то ещё. Это неправда. Во–первых, с нами был штатный доктор, пожарно–спасательный автомобиль с медицинским модулем. Плюс дежурила скорая помощь.

Но питьевая вода никогда не бывает лишней в такой ситуации, и всё, что люди привозили по своей инициативе, нам тоже очень помогло. Многие выгружали упаковки воды и даже имён своих не называли. Когда мы спрашивали, кому говорить спасибо, они отмахивались и уезжали.

Я хочу сказать огромное спасибо всем, кто помогал нам: Россоюзспасу, Союзу молодёжи и добровольцев Дона, волонтёрам, которые постоянно привозили воду, сигареты, лейкопластыри с бинтами, нательное бельё, полотенца, энергетики.

Я специально сфотографировал наклейку на коробке с горячей едой, которую нам привезли: «Мужество и отвага — это ваш позывной. В вашей профессии без этого никак. Спасибо за этот нелёгкий труд, за терпение и за заботу о людях. Гостиница «Прибой» с вами».

Ситуация была очень сложной, а когда читаешь такие слова, понимаешь, что небезразличен людям и они стараются для тебя.

Я даже сохранил один пакет {идёт в соседнее помещение и выносит упаковку. — Donnews.ru}, он называется «Душевная посылка. Сухой душ. Сделано с любовью от Галины». Фамилию этой женщины я не знаю. Но огромное спасибо! Сухой душ очень полезная вещь: ты быстро обтёрся — и нет раздражения кожи. Люди привозили и средства от комаров, присыпку, потому что жара, потёртости. Повторюсь, мы благодарны каждому человеку, особенно за питьевую воду. Её пожарные в такой ситуации пьют очень много.