nan₽
nan₽
0,00₽

15 июля 2024

По данным Росстата, за июнь яйца подешевели на 5%, а с начала года — на 15%. В среднем десяток яиц в РФ стоит 111,3 рубля. Осенью вероятна стабилизация цен, а к Новому году — традиционный рост

Межведомственную рабочую группу по развитию беспилотных авиационных систем создали в Ростовской области. Она будет формировать областной научно-производственный центр отрасли

Почти сутки спасатели ликвидировали лесной пожар в Абрау-Дюрсо под Новороссийском. Его площадь превысила 62 га. Было эвакуировано 500 человек из шести близлежащих баз отдыха

276 пожаров потушили в Ростовской области с 8 по 14 июля. В них погибло 2 человека. На новой неделе в регионе прогнозируется наивысший класс пожарной опасности

14 июля 2024

В Ростовской области чрезвычайная пожароопасность. Только за минувшие сутки в регионе произошло 17 ландшафтных пожаров, их площадь превысила 6 тысяч квадратных метров

13 июля 2024

Нефтебаза в Цимлянском районе Ростовской области загорелась из-за атаки беспилотника. Как сообщил губернатор Василий Голубев, по предварительным данным, погибших и пострадавших нет

Житель Новочеркасска взял в аренду «мусорку»

23 июня 2015
Семья Рукавишниковых. «Ёрш. Новочеркасск»

Семья Рукавишниковых. «Ёрш. Новочеркасск»

Житель Новочеркасска Виктор Рукавишников взял в аренду три сотки стихийной свалки и превратил их в цветущий сад.

Узнал об этой удивительной истории журналист случайно. Подвозил как-то своего давнишнего знакомого мимо цветущего сада, а тот, смеясь, сказал: «Представляешь, здесь раньше была свалка. Мы всей улицей сюда мусор много лет выбрасывали. Даже гордились, проезжая на электричке, ведь она была видна издалека! А потом один человек всё изменил и свалки не стало!».

Корреспондент «Ёрш. Новочеркасск» встретился с человеком, превратившим свалку в сад.

Виктор Рукавишников — простой горожанин, житель переулка Короткого. Немного найдётся людей, знающих, где находится данный переулок. Для тех, кто не знает: переулок Короткий соединяет улицы Михайловскую и Кирпичную в самом начале, там, где по склону можно спуститься на железнодорожную остановку Студенческую и, находясь наверху, можно увидеть всю пойму реки Аксай и живописные Мишкинские бугры во всей их красе. Вид такой, что дух захватывает. Но в середине девяностых там захватывало дух от зловония разлагающихся бытовых отходов, которые жители района щедро валили вниз по оврагу.

— Как вам пришла идея взять в аренду эту захламлённую землю?

— Изначально этого не было в моих планах. Единственное, о чём я мечтал с детства — это жить в этом месте. Родившись на улице Кирпичной, я вырос здесь. Мальчишками мы бегали по этим тропинкам на рыбалку, гоняли мяч рядом с обрывом. Здесь же на лавочке мы любовались закатами с моей будущей женой. Мои родители, бабушка с дедушкой жили на «Кирпичке», сюда в начале девяностых, после сокращения в армии, вернулся и я. Служил я в Прибалтике, остался на сверхсрочную, был инструктором по вождению. В девяностых на родине военные тоже не особо были нужны. Пришлось переквалифицироваться, работал дальнобойщиком, жили с женой на съёмной квартире. Однажды мы увидели объявление о том, что на Коротком продаётся дом. Сбылась наша с женой давняя мечта. Лишь одно огорчало: прямо перед нашими окнами была огромная свалка. Дом из-за этого долго никто не покупал.

—Это был очень криминальный район, вечером собирались подозрительные личности, наркоманы и бомжи. Влюблённые парочки прямо на капоте авто занимались любовью. Несколько раз здесь находили фрагменты человеческих тел, всё это есть в милицейских сводках. Хуже соседства не придумаешь. Но меня трудности не пугают, я решил положить этому конец. Пригнали трактор, расчистили территорию, посадили деревья.

— Деревца простояли недолго. Те, кто вывозил сюда мусор прицепами, не особо церемонился с молодыми саженцами. Я ругался, пытался увещевать, ночью караулил, желая зафиксировать нарушителей. Всё было бесполезно. Свалка снова росла. Мы снова чистили, бетонировали металлические швеллера, блокируя подъезд для машин. Ничего не помогало, люди по-прежнему несли и везли сюда мусор. Устав бороться, я и написал обращение к тогдашнему мэру Анатолию Волкову с просьбой отдать полоску земли над оврагом в аренду нашей семье. Приехала комиссия, рассмотрели наши предложения и дали разрешение. На свои средства я оформил кадастровые документы, и мы приступили к благоустройству территории. Прежде всего, огородили участок сеткой-рабицей, блокируя подходы к оврагу. Завезли чернозём и снова посадили деревья. Всего в нашем распоряжении 3 сотки земли, узкая полоса по гребню оврага.

— Как отреагировали жители улиц на возникшую преграду?

— Было очень нелегко, в наш адрес поступали угрозы. Однажды утром обнаружили сложенный под окнами мусор. Пришлось одеть перчатки, порыться в пакетах, узнать, кто хозяин. Сложил всё в тачку, отвёз назад «отправителю». Не раз мне в лицо кричали: «Мы найдём на тебя управу, разгородим всё, ты здесь не один. Хозяин нашёлся!» Я ведь никогда не против, если кто-то хочет полюбоваться видами — милости просим! Есть ключ от калитки, берите, сидите, там есть лавочка. Но будьте людьми, не мусорьте!

— На этом всё завершилось?

— Как бы ни так! Это было только начало. Мусор, скопившийся по склону за десятки лет, высох и стал гореть.

Было два крупных пожара, один в 2007 году, другой 2010-м. Сад выгорел, пришлось заново сажать деревья. После этого мы стали укреплять склон старыми покрышками и засыпать их землёй. В этом нам помогли доброжелательно настроенные соседи. Нам везли ненужный грунт и постепенно мы засыпали остатки мусора, теперь там чистый склон, поросший травой.

Были и другие «маленькие трагедии». В саду мы сделали небольшой прудик и запустили туда пару диких уток, которых я купил у охотников. Уткам подрезали крылья, и они жили в водоёме. Вывели утят.

Утят я отдал друзьям. А взрослых уток мы однажды обнаружили мёртвыми, у одной была перебита шея, у другой крылья. Кто-то бросал камни через забор, пока не убил птиц. Сейчас у нас в саду только растения, решили животных здесь не держать.

Один мой знакомый с восторгом пересказывал мне документальный фильм о том, как в Африке житель бедной деревни остановил пустыню. Он копал ямы, укладывал в них листья пальм, когда шли дожди, вода заполняла эти ямы и постепенно там образовывалась растительность. Так вот, этот знакомый, когда я ему рассказала о вас, остановившем свалку, сказал мне: «Наверняка, он миллионер и ему денег некуда было девать!» То есть, в далёкой Африке житель бедной деревни может победить пустыню, а у нас, чтобы добиться чего-то, нужно быть миллионером, иначе не стоит и начинать. Вы состоятельный человек?

— У нас с женой Светланой двое детей, мы среднестатистическая российская семья. Живём в маленьком доме, которому, кстати, уже больше ста лет. Постепенно строим новый. У меня небольшой бизнес, я занимаюсь строительством. Деньги, которые мы потратили на рекультивацию свалки, не были для нас лишними. Но не в деньгах, как говориться, дело. Я хочу жить в этом месте и радоваться этой красоте.

Мне очень хочется, чтобы жители нашего города относились к земле, на которой мы живём с уважением и любовью, с уважением к себе, своим детям и нашему городу. Чтобы бросая мусор, просто задавали себе вопрос — а кто его отсюда уберёт? Чтобы родители научили детей не бросать обёртки, где попало, и убирать за собой. Чтобы наш город был чистым и красивым.

Вот так выглядит бывшая свалка сейчас.

А вот так выглядит соседняя улица.